Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Четверг, 20.09.2018, 23:42
Приветствую Вас Гость
Главная » 2018 » Сентябрь » 14 » «Непростой вопрос». Дмитрий Кобылкин рассказал о судьбе заявки в ООН на расширение шельфа
10:36
«Непростой вопрос». Дмитрий Кобылкин рассказал о судьбе заявки в ООН на расширение шельфа
-->

Министр природных ресурсов и экологии — о будущем проекта «Сахалин — 1», перспективах арктического шельфа и вопросах защиты окружающей среды

Государственная комиссия по запасам в ближайшее время может одобрить новую технологическую схему по «Сахалину — 1», предоставленную в обновленном варианте ExxonMobil в мае этого года. Кроме того, Минприроды России не считает целесообразным открытие доступа частным компаниям на шельф Арктики из-за «неподъемной» стоимости работ в текущем моменте, а нефтяникам необходимо сконцентрироваться на проектах с готовой инфраструктурой, в частности, по трудноизвлекаемым запасам. Вопрос же возобновления выдачи лицензий на шельф целесообразно поднимать при цене свыше $100 за баррель нефти, рассказал в интервью ТАСС на полях Восточного экономического форума министр природных ресурсов и экологии России Дмитрий Кобылкин.

— Дмитрий Николаевич, раз мы находимся на Дальнем Востоке нашей страны, давайте начнем с вопроса про «Сахалин — 1». ExxonMobil в мае устранил замечания госкомиссии по запасам по проекту изменений технологической схемы и подал обновленную. Когда может быть одобрена обновленная технологическая схема?

— Документы поступили, мы их сейчас рассматриваем. В принципе у нас есть регламентные сроки. Думаю, быстро всё пройдет.

— То есть в ближайшие месяцы?

— Да.

— А до какого уровня может быть увеличена квота добычи нефти по проекту?

— Это мы сейчас не можем сказать пока.

— Если продолжать тему шельфовых проектов, то видите ли вы необходимость доступа частных компаний на шельф с тем, что цена нефти всё-таки сейчас начала расти?

— Вы знаете, та себестоимость работ, которая сегодня показана, для частных компаний будет неподъемной.

— Неподъемной?

— Конечно, это очень сложно.

— А если говорить о моратории на выдачу новых лицензий на шельфе, его уже сейчас стоит снимать или?..

— На мой взгляд, к шельфовым проектам подходить надо очень аккуратно. Не потому что у нас нет технологий. Мы в принципе понимаем, нарабатываем опыт, и некоторые компании уже очень успешно ведут шельфовые разработки не только в арктической зоне, на Каспийском море. Вопрос стоит в том, какие затраты компания несет и, вопрос рентабельности этих работ. Сегодня есть хорошие проекты несмотря на то, что они трудноизвлекаемые, в Западной Сибири, на готовой инфраструктуре. Это очень важно — продолжить работу и на готовой инфраструктуре добыть ту нефть, которая сегодня является трудной, помочь компаниям это сделать. И в большей степени они сегодня заинтересованы именно ТРИЗом.

— То есть вы считаете, что нам лучше сейчас сосредоточиться на работе в традиционных регионах, потому что там?..

— Я в этом уверен абсолютно, потому что сегодняшняя стоимость нефти, она говорит о том, что лучше использовать имеющуюся инфраструктуру.

— А как вы думаете, при какой цене нефти мы всё-таки можем вернуться к выдаче лицензий на шельф?

— Не могу какую-то точную цифру сказать. Но это точно за 100 (долларов за баррель нефти — прим. ред.).

— Возможно, мы еще когда-нибудь увидим эту цену.

— Почему нет.

— Она за последнее время растет.

— Да, шельфовая нефть когда-нибудь будет добываться.

— Когда вы планируете проводить встречи с комиссией ООН по рассмотрению российской заявки на расширение границ шельфа? И на каком этапе сейчас находится рассмотрение?

— Комиссия ООН регулярно собирается. У меня эту комиссию непосредственно как куратор от нашей стороны возглавил первый заместитель Храмов Денис Геннадьевич. Он буквально недавно вернулся оттуда, из Америки. Продвигаемся в этом непростом вопросе. При тех санкциях и при том отношении сегодня к Российской Федерации есть очень много мнений по поводу установления этой границы. Но очень тяжело профессиональным геологам, а таких очень много в комиссии, спорить с нашими профессиональными железными аргументами.

— То есть наши аргументы железные?

— Да.

— Но по ряду территорий наша заявка пересекалась с заявкой Дании? Урегулировали сейчас эти вопросы?

— Это непростой процесс, он не может решиться за одну сессию. У каждого есть свое мнение. Нам предстоит еще в этом плане хорошо поработать. Вопрос не снят.

— Пока ничего не решено, да? А на какой стадии сейчас находится предложение Минприроды удвоить госфинансирование геологоразведки с 20 миллиардов рублей?

— Всегда должна быть какая-то цель и необходимость. Исходя из того, что мы должны иметь определенный горизонт добычи тех или иных полезных ископаемых. Мы исходим из высоких планок планирования. Но всему нужно обоснование.

— Говорилось раньше, что мы надеялись на подписание соглашения с Норвегией по бывшей серой зоне этим летом. Есть уже теперь понимание по срокам, когда оно может быть подписано? И вы сами как-то проводите переговоры сейчас?

— Мы ведем переговоры, но пока сроков нет.

— Не собираетесь в Норвегию?

— Я собираюсь в Норвегию.

— А когда?

— В этом году точно слетаю.

— В этом году, да? Прекрасно. И еще вопрос — вот уже несколько лет ведется работа по установлению коэффициента 3,5 к вычету из налога на прибыль по трудноизвлекаемым проектам. Пока остается 1,5. Поддерживаете ли вы увеличение до 3,5 по трудноизлекаемым?

— Очень аккуратно нужно подходить, конечно, к этим коэффициентам. Безусловно, мы должны слышать наши компании, которые нуждаются в поддержке. Но очень внимательно смотреть надо на то, что это даст для нашего бюджета.

— Когда может быть работа завершена?

— Мы проводим ее. Сейчас очень хорошие площадки дискуссионные есть. Есть взаимная связь, диалог с компаниями.

— И вот еще сложная тема по поводу «Уралкалия» и рудника СКРУ-2. Они обращались с тем, чтобы разрешили им сбрасывать отработанную соленую воду в камское водохранилище, так как иначе, по их данным, руднику грозит затопление. Как Минприроды к этому относится? И есть ли какие-то альтернативные методы решения проблемы?

— Мы не можем по-другому относиться, кроме как исходя из жестких экологических стандартов. Потому что река Кама, она имеет свои определенные параметры. Ухудшить мы воду не можем. Навредить животному миру — это неправильно. Поэтому Роспроднадзор имеет прямое поручение, помочь, безусловно, «Уралкалию», но разработать проект по утилизации воды, которая образуется.

— То есть утилизация, а не сброс всё-таки?

— Утилизация была бы идеальным вариантом, конечно.

— А есть возможность такая?

— Они рассматривают сейчас проектные работы.

— То есть о сбросе точно тогда не идет речь?

— Сброс ведется, но в рамках допущенных норм сегодня.

— Понятно. То есть, в общем, мы можем говорить о том, что об экологической катастрофе речи не идет?

— Для этого есть Минприроды, для этого есть Роспроднадзор с его функциями.

— А когда вы завершите оценку этих предложений «Уралкалия» и, собственно, возможных альтернативных методов?

— В ближайшее время.

— Да? Хорошо.

— Рабочая группа создана у нас.

— И вы вошли в еще одну рабочую группу, которая будет вовлекать российский бизнес в реализацию государственных инвестиционных проектов? Изначально обсуждалось, что это будут химики и металлурги. Есть еще какие-то предложения, кто это может быть?

— Это будут все компании, которые участвуют так или иначе в реализации указа президента.

— То есть практически речь идет обо всех российских компаниях? Никто не останется в стороне?

— Главное, что хочется — чтобы не было вот этого стереотипа, как многие считают, что компании не заинтересованы в экологических программах, в использовании наилучших доступных технологий. Это не так. Экология становится современной культурой нашего века, и все хотят соответствовать экологическим стандартам.

— То есть у вас уже добровольцы есть?

— Они не просто добровольцы. Некоторые идут впереди даже мировых требований.

— Сами предлагают?

— Конечно. Им это интересно. Они понимают, что это укрепит их позиции, в том числе, на международных полях.

— Понятно. Минприроды ставит перед собой задачу — к 2024 году увеличить объем переработки мусора с 7% до 60%. Что нужно сделать для того, чтобы эта цель была достигнута? И какие конкретно действия предпринимаются?

— Нужно создать новую отрасль переработки отходов в стране. Это очень тяжелая работа, над которой мы работаем. Она будет создана в виде проектного офиса, куда войдет проектная группа. Будет заместитель отдельный в министерства, курирующий это направление. Сегодня его нет, пока структуру меняем. Департамент будем создавать. И будет, безусловно, компания-интегратор. Мы ее называем публично-правовая компания, которая будет сопровождать бизнес-проекты по строительству сортировочного комплекса, мусороперерабатывающих заводов и вторичной переработки.

— То есть это будет четыре компании?

— Четыре, пока четыре, основных.

— А когда они начнут работать?

— Они, кто?

— Вот эти компании.

— Эти компании — со следующего года.

— То есть в начале года уже можно ждать?

— Хотелось бы, конечно, это сделать быстро.

— Действительно ли леса в России нуждаются в возвращении института лесников и егерей?

— Нуждаются, безусловно, в большей заботе, чем сегодня.

— И последний вопрос про контроль за свалками в Подмосковье. Планируется ли вернуть его на федеральный уровень?

— Пока не вижу в этом потребности. Московская область неплохо справляется с теми задачами, которые сегодня стоят перед ними. Работа непростая. Одна из самых тяжелых в стране. Мне кажется, у губернатора всё получается.

tass.ru

 

Читайте прогноз ценовых колебаний с 10 по 14 сентября 2018.

Просмотров: 6 | Добавил: cuidropom1989 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Поиск
Календарь
«  Сентябрь 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
Архив записей
Друзья сайта
  • http://proekt-gaz.ru/